В России могут отменить утильсбор? Что ждет отечественный авторынок в ближайшие годы
Хочешь заработать больше — просто подними цену. Правительство России в 2024 году применило именно эту логику к утилизационному сбору, полагая, что увеличение ставок автоматически наполнит казну. Результат оказался обратным: вместо этого удвоение налоговой нагрузки обернулось бюджетным провалом.
Давайте детально разберемся, что произошло с главным протекционистским инструментом российского авторынка и есть ли надежда на его отмену.
Как утильсбор стал замаскированным налогом на импорт
Утилизационный сбор — это обязательный платёж, взимаемый с каждого нового автомобиля, впервые встающего на учёт в стране. Формально он предназначен для финансирования будущей утилизации машины после её выхода из строя. На практике же это изощрённый протекционистский механизм, созданный для обхода правил ВТО. Россия не имеет права повышать таможенные пошлины без согласования с торговыми партнёрами, зато может ежегодно поднимать утильсбор.
Схема проста: платят и импортёры, и отечественные заводы, но российским производителям государство впоследствии эти деньги компенсирует через субсидии, а импортёрам — нет. Де-факто это замаскированный налог на импорт, введённый в нынешнем виде ещё в 2012 году и с тех пор регулярно повышавшийся.
В 2024 году реформа приобрела поистине промышленные масштабы, и теперь самое время посчитать, чем это обернулось для бюджета и для нас с вами.
Год 2024-й: успех, который обманчив
На первом этапе фискального эксперимента всё выглядело безоблачно. Реформа стартовала в момент, когда авторынок ещё не успел остыть, и бюджет 2024 года собрал впечатляющие 1,1 триллиона рублей утильсбора. Эта сумма оказалась в 1,7 раза больше, чем годом ранее (тогда было 659 миллиардов), и на 13% превысила даже уточнённый прогноз.
Чтобы оценить масштаб: 1,1 трлн — это приблизительно 3% всех доходов федерального бюджета. Такие деньги сопоставимы с суммарными поступлениями от акцизов и импортных пошлин вместе взятых.
Цифры действительно кружили голову, и Минфин триумфально отрапортовал об успехе. Ставки повышаются — доходы растут. Эта линейная логика показалась чиновникам безупречной, и они решили экстраполировать тренд дальше, заложив в бюджет следующего года астрономический план, не предполагая, что потолок уже достигнут.
Год 2025-й: рухнувшие планы
Рассчитав, что дальнейший рост ставок даст пропорциональный рост доходов, правительство заложило в бюджет 2025 года план по утильсбору в размере свыше 2 трлн рублей. Сбор был возведён в ранг стратегической доходной статьи.
Реальность же разбилась об эти ожидания. По данным Центра макроэкономического анализа и краткосрочного прогнозирования (ЦМАКП), фактические поступления отстали от плана на 44%. Собрать удалось примерно 1,1 трлн рублей — ровно столько же, сколько в 2024 году, но уже при удвоенных ставках.
Тревожный звонок прозвенел ещё в первом квартале 2025-го: бюджет получил лишь 97 млрд рублей, на 32% меньше, чем годом ранее. В мае Минфин сам был вынужден снизить прогноз с 2 трлн до 1,5 трлн, но и эта планка осталась недостижимой.
На фоне просевших нефтегазовых поступлений (минус 21%) и НДС с импорта (минус 24%) именно провал утильсбора стал рекордным по величине бюджетной недостачи.
Почему высокие ставки убили сборы
Почему так произошло? Ответ неудобен для кабинетных стратегов, но очевиден любому экономисту: налоговая база просто сжалась, и её сжатие с лихвой перекрыло весь эффект от повышения ставок. Импорт новых автомобилей за январь-октябрь 2025 года рухнул на 64%. Параллельно внутреннее производство легковых машин сократилось на 10%, причём к осени темпы падения только ускорились. Рынок новых машин в целом просел почти на 20%: за 11 месяцев продано 1330,9 тыс. автомобилей против 1681 тыс. годом ранее, а в сегменте тяжёлых грузовиков падение достигло 56%.
Механизм понятен: высокий «утиль» в сочетании с заградительной ключевой ставкой ЦБ, сделавшей кредиты роскошью, с инфляцией и ростом цен попросту задушил спрос. Меньше продаж — уже база — меньше итоговых сборов. Это классическая иллюстрация эффекта Лаффера: после определённой точки рост налоговой нагрузки не увеличивает, а уничтожает поступления.
Теперь взгляните на это с другой стороны: утильсбор на Rolls-Royce за 100 миллионов рублей составляет около 3,8 млн — то есть всего 4% от цены. А утильсбор на массовую Toyota Camry достигает 2 миллионов рублей, что эквивалентно 60% от её стоимости. Платить по сути налог в размере более половины цены машины готовы всё меньше людей.
Кто реально зарабатывает
Из 1,1 трлн рублей утильсбора, собранных в 2024 году, около 800 млрд вернулось обратно российским автопроизводителям в виде субсидий и компенсаций. Фактически это прямая дотация, оплаченная из карманов покупателей иномарок.
В феврале 2026 года государство пошло ещё дальше: АвтоВАЗу, КамАЗу, ГАЗу, Соллерсу и другим крупным игрокам предоставили отсрочку по уплате утильсбора за IV квартал 2025-го и первые три квартала 2026-го — до декабря 2026 года.
Минпромторг объяснил этот шаг «стабилизацией финансовой деятельности» и «высокой стоимостью заёмного финансирования». Однако по сути это признание того, что даже отечественные заводы не справляются с той самой нагрузкой, которую изначально задумывали как протекционистское преимущество.
Утильсбор смягчат или вовсе отменят?
Вопрос, который волнует всех участников рынка и покупателей, — не отменят ли утильбор хотя бы частично. Пока ответ распадается на два противоречивых потока информации.
С одной стороны, на прямой линии 19 декабря 2025 года президент сказал: «Надеюсь, что эта мера не будет вечной», упомянув, что фискальная нагрузка может начать снижаться после достижения целей технологического развития. Кроме того, апрельское повышение 2026 года перенесли: Минпромторг не успел провести постановление по новым правилам для ЕАЭС, что стало неожиданной гибкостью в системе, где ставки формально закреплены до 2030 года. Параллельно прорабатывается отмена утильсбора для газомоторного транспорта — инициативу поддержало Минэнерго.
С другой стороны, действующие постановления предусматривают ежегодный рост ставок до 2030 года включительно без каких-либо механизмов снижения. Слова президента — это не закон, и «надеюсь» не означает «обещаю».
Главное же — бюджет России в 2025 году оказался в глубочайшей дыре. Вместо планового дефицита в 1,2 триллиона к ноябрю дыра разрослась до 5,7 триллионов рублей. В ситуации острейшего денежного голода добровольно отказываться от инструмента, приносящего пусть даже уменьшившийся, но всё ещё триллион рублей, не станет ни один финансист. Государственная логика здесь прямолинейна: раз желаемые деньги не идут через утиль, значит, надо не ставки снижать, а закрывать «лазейки», которыми пользуются импортёры и покупатели.
Призывы отменить утильсбор
Осенью прошлого года лидер партии «Справедливая Россия — За правду» Сергей Миронов выступил с инициативой полностью отменить утилизационный сбор на новые автомобили массового сегмента, сохранив и даже повысив его исключительно для люксовых моделей. Это заявление стало громким диссонансом на фоне утверждённой до 2030 года шкалы ежегодного повышения ставок.
Депутат подчеркнул, что выступает категорически против «бесконечных повышений утильсбора», которые, по его мнению, душат платёжеспособный спрос и делают личный транспорт недоступным для рядовых граждан. Принципиальная позиция сводилась к тому, что транспортные средства массового сегмента должны быть полностью освобождены от этого обременения. Взамен предлагалось сконцентрировать фискальное давление на сегменте премиальных и люксовых автомобилей, покупатели которых менее чувствительны к цене.
В своей аргументации парламентарий фактически деконструировал официальное обоснование постоянного роста ставок. «Понимаю, что меры подаются под соусом поддержки российского автопрома», — отметил он, ставя под сомнение искренность такой мотивации. Депутат напомнил, что президент России на Восточном экономическом форуме (ВЭФ) прямо высказывался против протекционизма, давая понять, что искусственное ограждение рынка от конкуренции не является долгосрочной стратегией. Таким образом, ссылка на необходимость защиты отечественного производителя, по версии Миронова, вступает в прямое противоречие с более широкой экономической логикой, озвученной главой государства.
Вместо того чтобы бесконечно повышать скрытый налог на импорт и перекладывать деньги покупателей иномарок в карманы локальных гигантов, депутат призвал использовать иные, более здоровые механизмы. «Автопроизводителей нужно поддерживать иначе — доступным кредитом и здоровой конкуренцией», — заявил он. Эта формула фактически противопоставляет два пути: путь субсидирования через заградительный сбор, убивающий рынок, и путь создания условий, при которых отечественные заводы будут вынуждены бороться за потребителя качеством и ценой, имея при этом доступ к дешёвому фондированию. Искусственное взвинчивание цен, по его мысли, лишь консервирует технологическую отсталость.
Самой жёсткой и провокационной частью заявления политика стал прогноз о том, куда способен завести неконтролируемый лоббизм. «В лоббизме можно скоро дойти до принудительной покупки машин, — предостерёг Миронов. — Потому что иначе по этим ценам граждане покупать их не смогут». Эта реплика не просто гипербола, а попытка указать на абсурдность ситуации: когда стоимость автомобиля искусственно раздувается утильсбором более чем на половину его реальной цены, рынок сжимается до точки, где естественный спрос исчезает. В таком контексте предложение Миронова прозвучало как предупреждение о необходимости разорвать порочный круг до того, как единственным способом реализации машин станет административный нажим.
Что ждёт автовладельцев в ближайшие годы
Данные для однозначного прогноза на ближайшие годы слишком противоречивы, но наиболее вероятная картина выглядит так: ежегодное повышение ставок утиля на 10-20% продолжится как минимум до 2030 года — это закреплено действующим постановлением.
Медианная стоимость нового автомобиля будет расти, и уже в начале 2026-го дилеры прогнозируют рост ещё на 6-10%.
Льготный ввоз автомобилей физическими лицами станет всё более ограниченным: сегодня разрешены только машины мощностью до 160 л.с., и по некоторым данным, АвтоВАЗ уже предложил снизить этот порог до 110 лошадиных сил, что фактически задушит и этот канал.
«Автостат» на 2026 год даёт три сценария: базовый — рынок остаётся на уровне 1,33 млн машин, оптимистичный — рост до 1,45 млн, пессимистичный — падение до 1,2 млн.
Иными словами, ваш следующий автомобиль будет дороже нынешнего, выбор иномарок станет ещё скуднее, серый импорт — дороже и рискованнее, а когда этот маховик остановится — не знает никто, включая тех, кто его запустил.
Источник: rusdtp.ru